В Оренбургской области горячо обсуждают кандидатуры новых дворников. Город не смог привлечь трудовых мигрантов из КНДР из-за недостаточно высоких, по мнению северокорейцев, зарплат. Зато успешно работают дворниками выходцы из Сенегала.
Предварительные итоги эксперимента по найму иностранных разнорабочих в систему ЖКХ подвел мэр Оренбурга Альберт Юмадилов.
В беседе со СМИ по поводу успешности эксперимента с африканскими дворниками глава города воодушевленно объяснил: «Конечно, доволен! У меня, может быть, взгляд деформирован, но выезжаю — и вижу, что они работают в воскресенье. А до этого в воскресенье никто не работал! И в субботу никто не работал. А сейчас я могу четко сказать о планах: в эти субботу-воскресенье, например, мы чистим подъездные пути к лагерям. Тяжелейший труд, все заросшее там, где „Дубки“. Если б мы это покупали, заказывали у подрядчиков, нам бы это вышло миллиона в три. А у нас там работают 20 этих ребят, и у них получается. Поэтому, безусловно, [надежды] оправдались».
Близкий к правительству региона источник в Оренбурге внес ясность в ситуацию с дворниками:
«СП»: Нельзя было просто таджиков оставить в качестве дворников? Зачем такая экзотика — дворники из Сенегала?
— Определенная логика в действиях главы города есть. Он правильно оценил ситуацию. Таджики живут диаспорой. Любой таджикский гастарбайтер вписывается во все дела диаспоры, включая криминал. Плюс норовит в России остаться с семьей. Потому что в Таджикистане жизнь хуже. Африканцы — иной случай. Они нанимаются на работу на три года. И по окончании этого срока гарантированно вернутся домой. Контактов с местным населением у них мало. Русского языка они не знают, говорят на французском (официальный язык Сенегала — «СП»).
«СП»: Где живут сенегальцы?
— Им выделили общежитие на окраине города. Они довольны и условиями проживания, и зарплатой 55 тысяч рублей.
«СП»: Северокорейцы себя, выходит, намного дороже ценят?
— Предприятия в регионе могут нанять выходцев из КНДР. Загвоздка в зарплатных запросах.
«СП»: Сколько хотят зарабатывать корейцы?
— Мужчины — от 130 тысяч рублей в месяц, женщины — от 110 тысяч. У нас не готовы платить такие деньги рабочим. Не знаю, в каких регионах России будут готовы. Так что на фоне корейских запросов эксперимент с людьми из Сенегала смотрится успешно. Уже несколько десятков человек приехали и хорошо работают. Скоро завезут еще людей оттуда.
«СП»: Неожиданно. Дворники на Урале, говорящие по-французски…
— Oui!
В разных регионах России свои тенденции в отношении привлечения трудовых мигрантов. Например, в Свердловской области в этом году квоты на трудоустройство граждан Индии получили семь предприятий региона. В основном индийцы приехали на позиции, где нужен низкоквалифицированный ручной труд, например, «раздельщик лома».
Понятно, что рабочих рук не хватает, поэтому и привлекают мигрантов из других стран. Но тут есть свои риски. Приходится иметь дело с представителями иной культурной среды, преодолевать языковой барьер. Важно понять, как индийцы адаптируются к суровой уральской зиме. Работодателям придется планировать расходы на теплую униформу и оплату больничных листов. Отдельный риск связан с кухней. Большая часть индийцев — вегетарианцы.
В целом возможности для работы мигрантов в регионе сокращаются. Губернатор Денис Паслер подписал документ, по которому мигрантам с патентами запретили работать в 20 сферах, включая производство детского питания, образовательную охранную деятельность, услуги в области права и бухгалтерского учёта, финансовые и курьерские.
В Башкирии основные сферы, где трудятся мигранты из других стран, — предприятия сельского хозяйства, строительства и общественного питания. Более 80 работодателей республики на этот год подали заявки на привлечение 1 857 человек из числа мигрантов как работников. Кстати, это на 20% больше, чем было год назад.
С 2025 года в Башкирию привлекают на работу людей из Вьетнама, Индии, Туркменистана, Бангладеш и других визовых стран по 101 рабочей специальности.
В Тюменской области на 2026 г. сравнительно небольшая квота на трудовых мигрантов из других стран — 660 человек. Основная сфера деятельности, где они трудятся — строительство (93%). Большая часть приезжает из Народной Республики Бангладеш, Китая и Индии.
В Челябинской области по-прежнему больше трудовых мигрантов из Таджикистана, Узбекистана и Киргизии. Они трудоустраиваются в строительных фирмах, на промышленных и сельскохозяйственных предприятиях. Кроме того, растет количество иностранных студентов. Получать образование на Южный Урал едут жители Египта, Индии, Пакистана, Китая и других стран.
Уже многие заметили, что Индия фактически вытесняет с российского рынка часть трудовых мигрантов из стран Средней Азии. Главный плюс индийцев и некоторых других трудовых мигрантов (как в том же случае с сенегальскими дворниками в Оренбурге) — они приезжают в Россию по трудовым квотам, без детей, семей, родственников, по трудовой визе, которая жестко привязана к региону и конкретному работодателю. Индийцы могут работать в России бетонщиками, каменщиками, сварщиками, овощеводами, уборщиками. Существует запрос и на более квалифицированные специальности: монтажников, инженеров, проектировщиков, специалистов в машиностроении и электронике, IT-специалистов.
Возможно привлечение работников из Индии также в сферы реабилитации и гостеприимства. В этом году в России работает уже около 40 тыс. выходцев из Индии. Правда, с индийцами есть свои риски. Особенно если они превратятся в организованное сообщество. В Индии кастовое общество, есть не понятные россиянам законы и традиции.
Отдельный вопрос — знание русского языка. Очевидно, что многие выходцы из Средней Азии наш язык знают, чего не скажешь об индийцах (говорят на хинди или местных наречиях, а из числа международных языков на английском — «СП»).
Так что властям России придется искать, видимо, золотую середину, чтобы и решить проблему нехватки рабочих рук, и не создать новые источники криминала в местах массового сосредоточения трудовых мигрантов из разных стран.