Помощник президента Азербайджана Хикмет Гаджиев на днях заявил, что Баку никогда не допустит атаки на соседнее государство со своей территории. В этом же выступлении он назвал Иран братской страной.
Политолог, эксперт по международным отношениям Елена Штульман в беседе со «Свободной Прессой» отметила, что подобные формулировки означают сознательное стремление снизить напряженность и публично обозначить границы азербайджанского сотрудничества с внешними партнерами.
При этом, по ее словам, утверждать о формировании полноценного военно-политического союза Баку, Анкары и Тегерана пока рано. Между тремя государствами сохраняются серьезные различия интересов.
«Азербайджан и Турция связаны исторически стратегическим союзом, тогда как отношения Баку и Тегерана неоднократно переживали периоды напряженности. Турция и Иран, в свою очередь, одновременно сотрудничают и конкурируют за влияние на Кавказе, Ближнем Востоке и в сфере международных транспортных маршрутов. Поэтому в данной политической ситуации рационально говорить о возможном возникновении треугольника вынужденной стабилизации. Его участники могут не доверять друг другу во всем, но каждый одинаково не заинтересован в переносе ирано-израильского конфликта на территорию Южного Кавказа», — пояснила собеседник издания.
Штульман уточнила, что Азербайджану совершенно невыгодно становиться плацдармом, через который Израиль или США будут выяснять отношения с Ираном. Это создало бы прямую угрозу безопасности страны, ее энергетической и транспортной инфраструктуре, а также превратило бы азербайджано-иранскую границу в потенциальную линию противостояния. Кроме того, по обе стороны реки Аракс живут народы, связанные историческими, культурными и родственными отношениями. Поэтому слова о «братской стране», можно расценивать, как и обращение к собственному обществу.
«Важно понимать: данная позиция не означает, что Азербайджан отказывается от сотрудничества с Израилем или пересматривает всю систему своих внешнеполитических связей. Баку демонстрирует то, что партнерство с одной страной не должно автоматически превращать Азербайджан во врага другой. Баку стремится сохранить самостоятельность и не допустить, чтобы его территория стала инструментом чужой военной стратегии», — указала политолог.
Для Турции распространение конфликта на Южный Кавказ также крайне нежелательно. Анкара заинтересована в безопасности Азербайджана, сохранении транспортных коридоров, стабильности энергетических маршрутов и отсутствии нового миграционного кризиса у своих границ. Поэтому Турция может играть роль связующего элемента, способного поддерживать стратегический союз с Баку и одновременно сохранять рабочий диалог с Тегераном.
«Для Ирана публичная гарантия Азербайджана имеет особое значение. Тегеран давно с настороженностью воспринимает тесные связи Баку с Израилем. Соответственно, заявление Гаджиева должно снизить опасения, что северная граница Ирана может быть использована для разведывательных или военных действий. Тегеран, со своей стороны, также заинтересован в том, чтобы Кавказ оставался зоной относительной стабильности, а не превращался в продолжение ближневосточного фронта», — подчеркнула эксперт.
Таким образом, речь идет не о союзе «против кого-то», а о своеобразном региональном предохранителе, заключила Штульман.
Ранее сообщалось, что Баку, который уже фактически приостановил контакты с Европарламентом, рассматривает вариант полного разрыва отношений.