Текущие условия на российском топливном рынке при сохранении текущих макроэкономических параметров не требует введения дополнительных экстренных мер помимо уже действующих ограничений экспорта, даже с учетом приближения периода повышенного спроса на топливо, заявил заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике Юрий Станкевич.
«Более важным является оперативный мониторинг биржевых продаж, уровня запасов и динамики ремонтов НПЗ. При необходимости могут применяться точечные инструменты, включая корректировку нормативов биржевых продаж», — уточнил он.
По его словам, отечественный топливный рынок выглядит устойчивым по сравнению с другими экономиками. К примеру, в европейских странах в последние годы наблюдались высокая волатильность цен и закрытие НПЗ, в некоторых из них — даже локальные дефициты топлива.
В России же есть профицит перерабатывающих мощностей, высокая обеспеченность сырьем и действует сравнительно жесткая система регулирования рынка, подчеркнул Станкевич.
С 31 января по 31 июля действует временный запрет на вывоз из России бензина и дизельного топлива для тех компаний, которые их не производят, а в начале апреля он был распространен на производителей бензина.
Стоимость АИ-92 на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже (СПбМТСБ) выросла год к году на 15,5%, до 65832 руб. за тонну, а дизеля — на 15,1%, до 71769 руб. за тонну. Для сравнения, по подсчетам Минэкономразвития, к 27 апреля общая годовая инфляция в России составляла 5,72%.
Биржевые цены на летнее дизтопливо выросли сравнительно мало: на 3,1%, до 63201 руб. за тонну. То есть бензин на бирже дорожает значительно быстрее, чем дизтопливо и большинство остальных товаров в стране.
С конца декабря 2025 года по 27 апреля розничные цены на бензин по Росстату выросли на 3,63%, а на дизтопливо — на 2,41% при общей накопленной с начала года инфляции 3,21%. Динамика стоимости топлива в рознице удерживается на сравнительно приемлемом уровне.
При обсуждении влияния масштабных мировых макроэкономических событий различные экономисты и СМИ обычно стараются связать их с нехваткой топлива на внутреннем рынке. Особенно специалистов интересуют экономики, которые сами добывают большие объемы нефти.
Конфликт на Ближнем Востоке и вызванный им нефтяной кризис грозит серьезными проблемами для американского топливного рынка. Это происходит во многом из-за слишком высокой «нефтеемкости» экономики США, которое возникло в том числе на фоне высокой автомобилизации и низкого уровня развития общественного транспорта.
Эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков в разговоре с «СП» пояснил, что в России благодаря системе демпфера действует механизм ценообразования, при котором внешние цены на топливо не оказывают существенного влияния на внутренний рынок.
— Более того, при низких экспортных ценах у российских компаний, напротив, возникает стимул повышать цены внутри страны, поскольку они недополучают демпферные выплаты, которые в свою очередь представляют собой компенсацию из бюджета, возвращающую часть налогов нефтяной отрасли.
«СП»: Как высчитывается объем выплат по демпферу?
— За основу берется стоимость нефтепродуктов на европейском рынке и сопоставляется с индикативной ценой: целевым ориентиром, устанавливаемым государством для внутреннего рынка. Разница между этими величинами определяет размер бюджетных выплат компаниям.
При условии, что оптовые цены не отклоняются от индикативных более чем на установленный порог (в 2025 году индикативная цена бензина и дизтоплива составляла 60450 руб. и 57200 руб. за тонну соответственно, а на 2026 год их повысили до 62300 руб. и 58950 руб. за тонну — «СП»).
Так, в прошлом году на фоне снижения стоимости нефтепродуктов в Европе выплаты по демпферу уменьшались. Естественно, недополученные средства нефтяные компании стремились компенсировать за счет внутренних цен.
Сейчас ситуация обратная. Разрыв между стоимостью топлива в России и европейскими ценами увеличивается, компании получают значительные суммы по демпферу, и у них отсутствует необходимость провоцировать рост цен на внутреннем рынке.
В результате ситуация на российском топливном рынке остается достаточно стабильной с точки зрения внешних факторов, и в настоящее время он не нуждается в дополнительных экстренных мерах.
«СП»: Правда ли, что продолжающийся нефтяной кризис значительно влияет на сокращение поставок топлива на внутренний рынок России?
— Я бы не стал утверждать, что российские компании в условиях мирового нефтяного кризиса стали поставлять на внутренний рынок меньше нефтепродуктов. Скорее, существуют иные проблемы. Приоритетной задачей является обеспечение безопасности НПЗ и экспортных терминалов.
«СП»: С какими вызовами сейчас сталкивается российский топливный рынок?
— Ключевой риск скорее связан не с дефицитом всего топлива, а именно бензина. Мы видим, что Украина продолжает наносить удары по российским НПЗ (Минобороны России сообщало о перехвате и уничтожении 334 БПЛА в ночь на 3 мая — «СП»).
Если возникнет необходимость перехода к импорту бензина, то это неизбежно отразится на внутренних ценах, поскольку импортное автомобильное топливо будет дороже отечественного. Влияние хотя и будет косвенным, но тем не менее окажет негативный эффект на рынок.
«СП»: Почему проблемы возникают именно с бензином, а не дизелем?
— Россия производит значительно больше дизельного топлива, чем потребляет на внутреннем рынке. По оценкам, внутреннему рынку достаточно примерно половины от произведенного объема, а оставшаяся часть поставляется на экспорт.
Для сравнения, по бензину это соотношение составляет ориентировочно 90% на внутренний рынок и 10% на экспорт. Поэтому для возникновения риска дефицита достаточно, чтобы примерно десятая часть мощностей по производству бензина находилась в ремонте.
Этим и обусловлено введение запрета на экспорт бензина для его производителей. Ограничения в отношении экспорта дизтоплива для таких компаний в свою очередь были бы избыточны.
«СП»: Можно ли говорить о том, что соглашения компаний с государством затормозят прирост цен на топливо в опте и рознице?
— Некоторые ограничения или джентльменские соглашения уже действуют. Правительство в конце апреля утвердило постановление о заключении Минэнерго и ФАС соглашений с крупнейшими нефтяными компаниями о стабилизации внутреннего рынка нефтепродуктов.
Торможение цен возможно еще и потому что государство может принять более жесткие меры, к примеру, повысить лимиты обязательных продаж нефтепродуктов (сейчас доля от произведенного топлива, которую необходимо выставлять на бирже, составляет 15% для бензина и 16% для дизеля — «СП»).
Для компаний это не вполне выгодно, однако такая мера способна усилить конкуренцию на бирже и тем самым сдержать рост цен. Поэтому, полагаю, что компании все же согласятся на принятые недавно договоренности с Минэнерго и ФАС и будут их соблюдать.